Судьба помощников

Автор Admin - 15 Сентябрь, 2013
Категория: Петр Машеров

Помощников у Машерова было трое — Валентин Пономарев, Юрий Смирнов и Григорий Вечерка. Они, можно сказать, дополняли друг друга, поскольку каждый из них имел сильные и слабые стороны. Валентин Пономарев, конечно, обладал великолепным пером беллетриста. Он мог нарисовать выпуклый человеческий образ, характер, запоминающуюся бытовую картинку, красочную, остросюжетную ситуацию. Поначалу он пытался этим сдабривать речи, доклады, статьи Петра Мироновича. Далеко не все, конечно, проходило. Довлели официальщина, штампы, — и Валентин поостыл. Однако его не трогали, упреков до поры до времени не высказывали, так как в душе принимали за машеровского биографа.

Видимо, на такой вариант использования попомаревского таланта в глубине души рассчитывал и сам Машеров. Мол, пусть обретается на пятом этаже, живет рядом, наблюдает в текучке будней, запоминает, записывает, накапливает, — смотришь, потом и выдаст что-нибудь стоящее. Лично для себя из такого тепличного положения Валентин извлек максимум пользы — получил прекрасную квартиру, купил по дешевке подержанную, уцененную «Волгу», отремонтировал ее капитально, совершил две длительные командировки в Америку, вступил в Союз писателей. После этого наступило разочарование друг в друге — первого секретаря и его помощника. Ушел Пономарев из ЦК в группу обозревателей, созданную на Белорусском телевидении, затем на вольные писательские хлеба.

У Юрия Смирнова, историка, кандидата наук, — иная судьба. Будучи помощником, он работал много и добросовестно, отличался вдумчивостью, научной точностью, убедительной логикой, доказательностью при изложении материала. С подготовленными им речами, докладами, статьями первый секретарь выходил на трибуну спокойно, знал, что не поскользнется. Оценив такие качества, он потом рекомендовал своего помощника заведующим отделом науки и учебных заведений ЦК. На месте он оказался и в должности заместителя директора Института истории партии при ЦК КПБ...

Что же касается Григория Вечерки, то его стихией была экономика. Этой сферой он и занимался в аппарате Машерова, занимался со знанием дела. Глобальное видение проблемы, глубокий анализ, обоснованные обобщения отличали подходы Вечерки при рассмотрении любого финансово-экономического вопроса. Его въедливость, цепкость, постоянная неудовлетворенность порой злили сослуживцев, привыкших все брать с наскока, с первого захода. Григорий Николаевич оставался невозмутимым и несговорчивым до тех пор, пока не добивался полной ясности. Эти качества сыграли решающую роль при назначении его впоследствии заведующим планово-экономическим отделом ЦК, а затем первым заместителем председателя Государственного комитета по экономике и планированию Республики Беларусь.

Однажды Машеров поинтересовался у своего помощника, какое впечатление произвело его выступление. Он ревниво относился к тому, как оценивали его речи, аналогичный вопрос задавал нескольким работникам.
— Все хорошо, Петр Миронович, но в трех словах вы ударение сделали неправильно.
— А ты мне расставляй ударения, где считаешь необходимым.

Но сколько ни расставляли помощники ударения над некоторыми словами, он произносил их по-своему, «по-машеровски». (В последний год жизни Машерова помощником у него работал и Владимир Величко, талантливый публицист, выпускник Академии общественных наук при ЦК КПСС.)