Алексей Карпюк (II)

Автор Admin - 29 Сентябрь, 2013
Категория: Петр Машеров

По логике, размышляли «доброжелатели», просто так немцы никому не платят, тем более нашим невольникам. Но Карпюк в то время был гражданином рейха: район на Белосточине, где он родился, и некоторые районы Гродненщины были присоединены к Восточной Пруссии. А статус гражданина Германии даже в лагерях был другой — платили за работу, разрешали получать посылки из дома.

На счастье, нашлись смелые люди, заступились за несправедливо наказанного писателя — Максим Танк, Янка Брыль и Пилип Пестрак пошли к Машерову, объяснили «игру» фашистов в законность. Он слушал внимательно, удивленный спросил:
— Откуда это знаете?
— Читали. Есть архивные данные.
Выкурил он не одну сигарету. Наконец спросил:
— Ручаетесь, что не враг?
Даже он в семидесятые годы все еще был закомплексован на врагах.
— Какой враг! Партизанил и до лагеря, и после. Ручаемся за его честность. Сложный человек, противоречивый, выступает на собраниях наших и пленумах так, что за уши хватаемся, — горячо сказал Максим Танк. — Но писатель талантливый. Советский. Партийный.
— Пускай напишет апелляцию в ЦК.

Дело Карпюка пересмотрели, он был восстановлен в партии. А в скором времени стал заслуженным работником культуры республики...

Только тот, кто пережил подобное, может в полной мере оценить такое, а также понять меру благодарности человека и писателя Петру Машерову и своим настоящим друзьям... Все самые серьезные решения в сфере науки, культуры исходили от первого секретаря, подхватывались в народе, трансформировались в политические решения. Он стремился побывать в школах, ПТУ, где внедряли что-то новое в системе обучения или воспитания. Как-то признался, что одну из пятилеток хотел бы посвятить школе, ибо знал, насколько педагогические учреждения заброшены. Многие школы закрывались, особенно белорусскоязычные: они были слабы в материальном отношении, там не хватало учительских кадров. Он закладывал фундамент школьной реформы, уже тогда видел несовершенство процесса обучения и воспитания школьников.

Пожалуй, невозможно назвать какую-либо отрасль экономики, народного образования, культуры, которая выпадала бы из его поля зрения. Он поощрял фундаментальные исследования, добивался крупных вложений в науку. Это при нем были созданы академические институты электроники, технической кибернетики, открылся радиотехнический, другие высшие учебные заведения. И то, что белорусская наука развивается на высоком уровне, во многом его заслуга. Если в 1970 году в 176 научных учреждениях республики работало 22 тысячи научных сотрудников, каждый четвертый научный сотрудник — доктор или кандидат наук, то в 1980 году эти показатели значительно возросли.

В числе первых БССР начала переход ко всеобщему среднему образованию молодежи, а по числу студентов на каждые 10 тысяч жителей выдвинулась на одно из ведущих мест в стране. Именно в этот период появилась плеяда выдающихся белорусских ученых, авторов открытий, лауреатов Ленинских и Государственных премий СССР.

И все это свершалось при активном, деятельном участии Петра Машерова, признанного лидера Компартии Белоруссии.