Творческая интеллигенция

Автор Admin - 28 Сентябрь, 2013
Категория: Петр Машеров

Писатель Алесь Адамович вспоминал:
— Открылся он для меня на просмотре картины «Восхождение» Ларисы Шепитько (она погибнет в автомобильной аварии). В гришинской Москве фильм был осужден. Решили действовать через
Минск. Машеров всегда считал, что о партизанах надо сделать, наконец-то, хорошую картину...

Мы решили спасать картину Ларисы через него, кандидата в члены Политбюро. Происходило это в белорусском Госкино. Пришел Машеров, с ним вся его свита, которая смотрела не столько на экран, сколько на то, как хозяин будет реагировать. Я тоже смотрел больше на него, чем на экран. Он пришел казенно-бодрый, сел, не очень представляя, что увидит.

Думаю, он уже знал, что в Москве Гришин относится к картине резко отрицательно, и вступать с ним в конфликт вряд ли хотелось. Посмотрим, увидим, скажем... Но вот на какой-то минуте вижу: потекли у него слезы. Тогда я понял, что все в порядке, потому что это был, наверное, единственный представитель Политбюро, который мог еще плакать. Когда зажегся свет, заплаканный Машеров бросился целовать Ларису: как же вы, такая молоденькая девчонка, как же вы могли?..

Теперь он полюбил режиссера Климова еще больше и поверил, что наша картина («Иди и смотри») получится. Он дал нам вертолет, полетели на Полесье, встречались с людьми, которые прошли через сожженные деревни Хатыни (которых я когда-то с друзьями записывал).

Когда начали с Элемом Климовым работу над фильмом, Машеров неожиданно полетел с нами на военном вертолете на свою Витебщину. Побывали там, где он партизанил, показал нам железнодорожный мост, большой, который взрывал со своей группой... Запомнилось, как по-мальчишечьи смутился, когда в Россонах его окружили бывшие соседи, партизаны: «Петя, как ты там?.. Возвращался бы домой, в нашу школу».

— Петр Миронович, — подчеркивает Полина Андреевна, — глубоко уважал творческую интеллигенцию, высоко ценил талант и преданность делу. Он лично знал многих писателей, артистов, художников, архитекторов, журналистов. Бывало, прилетит вертолетом в Минск, усталый, только доберется до дома, а тут звонок: сегодня в театре премьера пьесы Андрея Макаенка. Не мог он отказаться от приглашения. Быстро одевались — и в театр. А потом, несмотря на усталость, обсуждали пьесу, мастерство артистов.

Любил он принимать в рабочем кабинете творческую интеллигенцию, заботился об условиях жизни, работе людей, их здоровье. Как-то узнал, что писатель Иван Шамякин сильно заболел, прихватило сердце. Взял его с собой на отдых в Беловежскую пушу. Когда вернулся домой, спрашиваю у него:
— Ну, как отдыхалось вместе?
— Да, Иван своими лекарствами провонял всю пущу. Ничто его не интересует. Все время варит корни валерьянки, пьет настой трав...

Любой талант он считал народным достоянием. Всячески содействовал одаренным, творчески мыслящим, неординарным людям. В одной из бесед шутливо заметил: «Талантам надо помогать, а прочие пробьются сами»... К нему как к партийному лидеру обращались за советом, поддержкой, с просьбой сотни творческих людей по самым разным вопросам.

Однажды спецкор «Известий» Николай Матуковский принес Михаилу Савицкому в его частную квартиру — тесную, темную, неуютную — гранки их беседы. Увидев условия жизни и работы, сообщил Кузьмину, секретарю ЦК. Тот не поверил, приехал с журналистом к художнику. Назавтра ему предложили квартиру по улице Пулихова: об этом распорядился Машеров. А на приеме один из секретарей Ленинского райкома партии сказал опальному художнику: «Неужели не понятно, что таким людям, как вы, квартир не даем?!»

Поддержка первого секретаря, его забота прибавили душевных и физических сил, дали новый заряд энергии для взлета многим представителям творческой интеллигенции.